Многие проживают жизнь, так и не приходя в сознание

вишлист: Юля Юрикова / Новый iPod nano



http://www.apple.com/ru/ipodnano/

Компания Apple представила новую версию iPod Nano. Теперь плеер обзавелся видеокамерой. Кроме того, в модели появился FM-приемник. Новый iPod Nano также имеет диктофон, педометр, увеличенный 2,2-дюймовый экран (240х376 пикселей). Размеры устройства остались прежними. iPod Nano будет доступен в нескольких цветовых вариантах с объемом памяти от 8 Гб до 16 Гб.

Это что же за блядская привычка такая: каждый раз заходя в Икею, приобретать там совершенно идиотские полумиски из прозрачного стекла в количестве 2-3 штук, намеренно игнорируя то обстоятельство, что в доме их уже не меньше двадцати?
Допускаю, что это просто незаметно никому, кроме меня. Тем не менее, вновь приобретенные дизайнерские творения незаметно складываю вглубь шкафа, остальные - аккуратно, от случая к случаю извожу об кафельный пол.

Я - служащий Банка. По утрам я состою сплошь из белых рубашек и эспрессо.

Однажды мне снилось, как я аккуратно поливаю горячим кофе ненавистное белоснежное одеяние. У меня прекрасно получается и я вешаю рубашки на плечики в большой черный шкаф. Одну за другой.
Сознание неожиданно выхватило из памяти обрывок резолюции руководства, как ребенок - дохлую крысу из песочницы. "Юрикова: для исполнения и ЕЖЕНЕДЕЛЬНОГО ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ОТЧЕТА". Пробуждение было отвратительным. Мысль о том, что вдобавок ко всем мыслимым и немыслимым служебным запискам, предоставляемым мной еженедельно, мне придется формировать отчетность о количестве политых эспрессо рубашек, меня весьма расстроила.

на какой слог в этом слове вы бы поставили ударение?

Палец скользнул по мокрому металлу, нажимая на "красную" кнопку. Трубка поперхнулась брошенным вдогонку "пока" и обиженно замолкла. Сил хватило на то, чтобы опрокинуть обмякшее тело на диван. Блекло-розовый фосфор ночного неба растекался над крышами, съедая блики, стирая очертания.
Боль в сердце утратила остроту. Стук стал неслышным - только заметно дергалось плечо, и к левой лопатке ритмично прижималась обивка дивана.

Плащ можно не застегивать. Брошенные на стол ключи тревожно звякнули в холодной ладони. Как всегда незапертая входная дверь... три лестничных пролета.. я на улице. Сбоку мелькнула тень, пальцы чуть сильнее сжали воротник, шаги ускорились. Я на миг увидела себя, спешащей из чернильной тени двора к освещенному асфальту. Путь до аптеки был недолгим, но издерганная усталость давала о себе знать - в припаркованных на ночь автомобилях мне чудились какие-то лица, в слепых окнах - невидимое движение. Испуг растворялся, не успев стать заметным. Словно забитое и неповоротливое сознание вертело головой по сторонам, силясь рассмореть хоть один из брошенных разыгравшимся подсознанием образов. Но, подслеповатое и неуклюжее, оставалось ни с чем, продолжая теребить остатки унылой и неприкаянной тоски.

Зеленый неон вывески выплыл навстречу. Мимо сизого охранника в камуфляже - к стойке кассы.

- Снотворного.
- Что именно Вы хотите?
- Я очень хочу уснуть.

Приподнятая температура, приспущенное настроение.

Серовато-молочный, крупной вязки свитер Эдуарда казался мне воплощением вселенского уныния. Его владелец вежливо тулился в очередь к электрочайнику, сжимая посиневшими пальцами не слишком чистую кружку с кроваво-красным логотипом издания, в котором я работаю.

Я старательно прижимала коленки - одну к другой. Взгляд неспешно блуждал по заданной траектории от плохо застиранного пятна хурмы на черных брюках до остывшей брокколи, битый час терзаемой в пластиковой ванночке моей левой рукой.

Круглый стол в столовой, за которым я и моё левое колено любезно составили компанию вдумчиво жующим коллегам, навязчиво напоминал мне тот_самый_стол.

За этим столом проходили все семейные трапезы, а в брюхе у него пряталась запчасть, при помощи которой столешницу можно было превратить в э-л-л-и-п-с. Когда меня принимали в первый класс, я не знала такой геометрической фигуры. Завуч тогда, равно как и геометрия - позже - не смогли простить мне этой оплошности.

Мне было, пожалуй, около пяти, когда в декабре одного из девяностых годов мой любящий папа решил снять меня на память. С новогодней ёлкой. Она была из салатовой мишуры, ставилась на стол и обкладывалась ватой. Папа сказал улыбнуться. Мне с моим метром роста было очень страшно стоять на предательски поскрипывающем столе. А стоять надо было в полоборта к елке. Делать вид, что я наряжаю её, и, какбе случайно оборачиваясь в кадр, улыбаться. Получалось все, кроме последнего. Я услышала много нового и интересного о своем умственном развитии из авторитетных папиных уст, и поняла, что постановочные съемки - дело отнюдь не простое.

А живой елки у нас не было никогда. Может, поэтому загаданное не исполнилось?

Брокколи отправилась в мусорный бак, а я на рабочее место.

больше у меня дедушки, а у мамы - отца

Дано: Здание, частично жилое, частично под офис. 9 этажей. На первом этаже - ресторан. На третьем этаже - офис нашей компании. Выше - 6 жилых этажей. Кое-где еще идет ремонт.

На фото: крыша пристройки ресторана, расположенная аккурат под нашим и всеми другими балконами. Техслужащая арендодателя, собирающая мусор "за периметром" офиса. И ВЕДРО ОКУРКОВ.

Примечание: на нашем балконе стоит регулярно опустошаемая уличная пепельница.

Сколько же заядлых курильщиков живет в нашем здании шестью этажами выше, спрашивается в задаче?..

общаясь в асе, я пишу все с маленькой буквы. имена. улицы. города. всегда. сейчас, который раз за день, застала безымянный палец на backspace, стирающим бегло набранные фразу вроде "бог его знает", или "о боже мой". от сердца - холод, равномерный и настойчивый, по всему телу. хочется помолиться о другом сердце. пусть оно бьется еще и еще, оно горячее и любимое мной. а я смотрю на бледный экран и не могу решить глупейшую из дилемм - как мне писать слово БОГ. может так и надо. капсом. может, я все неправильно и плохо делаю. но я хочу поговорить со своим дедушкой. а он не может поговорить со мной. пока. пока - не может. еду в больницу.

меня спасла розовая пятиэтажка. время внутри этого двора-колодца начинает течь вспять, как только ты пересекаешь невидимую границу, проходя под гулкой бетонной аркой. черная дыра в центре города, спрятанная за розовыми стенами. она благосклонно приняла моё безвольное тело, более не способное перемешивать липкий воздух с расплавленным асфальтом. пульсирующий взгляд выхватил из марева вход в параллельный полдень. по оплошности оставленный открытым, но никем не замечаемый. ватные ноги подтолкнули ко входу.

я осторожно присела на первый "ряд" дворового театра. облупленные лавки и покосившаяся деревянная сцена. кто блистал на этих подмостках? трамваи, переходы, ларьки, сплошные двойные сгинули. или их никогда не существовало. на дне этого колодца, со взглядом, застрявшим листве, закрывшей от меня выцветшее небо, я просидела, кажется, целую вечность. а потом он выплюнул меня наружу. и, чертыхнувшись в сердцах вслед безумному лиловому автобусу, я побрела дальше.

а сегодня на рассвете, перед тем как проснуться, побывала в заброшенном амфитеатре. совершенно точно - стояла по центру арены, на мягком от пыли и еще теплом от палившего весь день солнца каменном полу. босиком и в какой-то страной ночной рубашке в пол. сонными глазами ощупывала каждую его трещину. из них пробивался почему-то совсем не романтичный пырей. я осторожно пробиралась взглядом от собственных босых пальцев к освещенному краю арены, за которым клубилась чернильная мгла, но заглянуть за него мне не позволило внезапно вернувшееся сознание

в шкафу на работе прекрасно уживаются подаренное мне мартини асти, моя куртка, пропахшая дымом, и полпакета сухарей. ванильных. а я не ужилась с бухгалтером, лаборантом, окей`ным кассиром и продавцом обуви. люди знающие уверяют, что всё дело в плотности населения на квадратный метр квартиры. но я всё же грешу на бухгалтера.
двадцать восьмой переезд ничем не отличался от всех предшествующих. те же пакеты, в которые я в случайном порядке сметаю всё, что попадается под руку. в результате оливковое масло оказыватся в пакете с dvd, а стиральный порошок - в пакете с плюшевой мышью. розовой. спасибо, саня))
размер недосыпа превысил даже самые смелые прогнозы. визуальные эффекты восприятия с каждым днем меня удивляют всё больше и больше. не всегда приятно.
и совершенно непонятно, на кой черт половина биллбордов в городе украшена однорукими риэлторами. а также - чем руководствуются люди, когда, выбирая автомобиль, покупают коричневый.

АНАПА!!! АДИН

В 6.08 я села в служебный Форд. Вяло захлопнув дверь, пробубнила водителю "доброеутро" и приготовилась провести в дороге не менее чем четыре часа. В 6.20 я поняла, что строить столь далеко идущие планы было весьма опрометчиво с моей стороны. Основные для меня события в этот день развернулись отнюдь не на "Транспортной неделе" в Сочи, а в 300 метрах от Адыгейского поста ДПС. Вот такой фоторепортаж в итоге я привезла с собой.





Пожалуйста, пристегивайте ремни и, по возможности, объезжайте стороной Адыгею.

P.S.: подъехавшие на место происшествия братья по крови виновников торжества минут 10 не могли найти хотя бы одного трезвого представителя (водитель и пассажир "девятки" даже не брались в расчёт) для того, чтобы поговорить с прибывшими на место доблестными сотрудниками милиции.

Света устала. Очень устала ждать меня по 40 минут с того момента, как я говорю: дада, 2 минуты, иду. Её терпение благополучно лопнуло, и она сделала вот что.

Как вы понимаете, ни самой записки, ни Светы, вещающей её за моей спиной, я не заметила.

оставляет желать много лучшего. Равно как и цвет лица, внутри- и внешнечерепное (в особенности) давление, некоторые пункты политики руководства и "веселенькая" расцветка новой клеенчатой скатерти на кухонном столе. Утром я подолгу не могу обнаружить на ней чашку кофе. Три таблетки вместо еды, и ты просто не высыпаешься. Ниоткуда.

Слопала Твикс, уютно расположившись на двойной сплошной, разделяющей Северную пополам. Плавно покачиваясь в такт проносящимся мимо Лексусам и невозмутимо запивая поток доносящегося до меня мысленного мата их владельцев зелёным чаем с мятой.

Я могу предположить, почему, будучи в нежном возрасте, я могла открутить голову своей Барби в полной увереннности, что без особых усилий смогу водрузить её на место. Но я не могу...
Не могу понять, откуда берется в людях уверенность в том, что, раскладывая ближнего своего, словно жареного пескаря, по косточкам, а затем сметая в мусорное ведро, они имеют на это полное и не поддающееся обжалованию право.

вы часто выносите мусор? я нет. но я отлично помню момент, когда я, нагруженная пакетами, большая часть нутра которых набита стеклотарой, спускаюсь вниз по лестнице, стараясь не дышать. подхожу к мусоропроводу, приоткрываю алчную пасть, и пытаюсь отправить отходы собственного труда и отдыха в коммунальную преисподнюю. момент истины приходит вместе с ощущением того, что еще секунда тщетных попыток пропихнуть в мерзкое отверстие необъятный баул, еще глоток этого тошнотворного ветра, который в мусоропроводе не стихает никогда, и я упаду замертво.
что примечательно, ощущение это в последнее время почти не покидает меня во всех маломальски людных местах.

Как вы думаете, что чувствует селедка, когда её разделывают?
На самом деле она не чувствует ничего.
Она маринованная, ей все равно. А я не маринованная. Мне больно.
Самое привычное движение холодных пальцев - натянуть на нос черый ворот свитера. Он еще хранит парфюм, смешанный с табачным дымом. И немного влажный.

Сижу, значит, вся в соплях, слезах и Пантеноле - очень удачно я вскипятила чайку. Пару дней назад отлупила стену. Сейчас думаю, что эффективнее было бы попробовать головой.